Рыба, неизвестная в низовых
губерниях; может быть, так названа потому, что впервые появилась
в известной реке Ельце, на которой стоит город Елец. Блестящей
серебряной чешуей своей она сходна с уклейкой, но она белее, не
плоска, а брусковата; похожа складом на головля. Длиною бывает с
небольшим в четверть, а толщиною пальца в полтора; глаза, перья
и хвост какого-то неопределенного серовато-сизого цвета, а
спинка потемнее. Вообще эта рыбка очень живая и красивая. Елец
водится довольно изобильно во всех реках Московской губернии,
также в проточных прудах и озерах, заливаемых речною весеннею
водою, но в небольших, копаных, несвежих прудах жить не может.
Он так же, как и уклейка, очень проворен в своих движениях, но
шире, белее и ярче сверкает в глубине; берет по большей части со
дна и охотнее держится на местах неглубоких, быстрых, хрящеватых
и каменистых. Клюет довольно верно; если со дна, то сначала
ведет наплавок, не погружая: в это время должно подсекать его;
если же насадка не касается дна, то берет живо и совсем
утаскивает наплавок. Удить его надобно на навозного червяка, но
крупные берут охотнее на земляного небольшого червя; говорят,
что елец клюет и на хлеб, но мне никогда не случалось выудить
ельца на хлебную насадку. В осень ельцы любят играть на солнце,
и в это время надобно удить их, навязывая наплавок очень мелко,
спуская его иногда до самого поводка; после же сильных морозов,
в октябре, они берут только уже со дна, в глубоких омутах.
Средней величины ельцы пригодны для насадки на щук и больших
налимов. Вкус ельца составляет нечто среднее между плотицей и
уклейкой, следовательно имеет мало достоинства. Клевать начинает
очень рано, даже в апреле, когда вода в реках еще слишком сильна
и мутна.
